Подробности

Автор: Super User

Категория: Uncategorised

Опубликовано: 22 Сентябрь 2020

Просмотров: 1937

http://www.patriarchia.ru/db/text/5625943.html

В Москве священники посещают пациентов с COVID-19 дома и в стационарах. Как в этом случае совершать таинства, могут ли священнослужители приехать в больницу к людям с коронавирусом, работают ли больничные храмы, в интервью порталу «Православие и мир» рассказал протоиерей Иоанн Кудрявцев, заместитель председателя Комиссии по больничному служению при Епархиальном совете г. Москвы.

— Отец Иоанн, для чего священник посещает заболевшего?

— Любой больничный священник знает, что люди, которые болеют и страдают, задают себе вопросы. За что мне это? Почему я болею? Как мне это испытание пережить, для чего оно послано?

Мы всегда очень явно чувствуем и замечаем, что именно в страдании Господь особенно близок к человеку. Во время болезни, особенно во время такой масштабной эпидемии, которая охватила весь мир и которая является явным посещением Божиим, особенно важно, чтобы священник был со своей паствой, со страдающими.

Главное дело священника — спасти душу человека, чтобы человек понял Промысл Божий о себе самом. Понял, для чего Господь допускает это испытание, и сделал соответствующие выводы, изменил свое отношение к Богу, к окружающим людям, к самому себе. И самая важная цель священника — помочь человеку на этом пути, поддержать его молитвой, участием в таинствах.

Изображение взято по ссылке
http://www.dmdonskoy.ru/node/2629

Именно поэтому мы, священники, окормляющие больных, уже не один день добиваемся, чтобы нам разрешили посещать пациентов с коронавирусом в стационарах, ведь они сейчас нуждаются не только во врачебной помощи, но и в духовном утешении, в духовной поддержке. Понятно, что врачи делают очень важное дело, и мы ни в коем случае не должны им мешать, мы обязаны подчиняться всем их требованиям, инструкциям.

Господь Сам говорит в Евангелии «надлежит нам исполнить всякую правду» (Мф. 3:15). То есть мы должны исполнять и медицинскую правду, и человеческую. Но мы должны исполнять и правду Божию. А она состоит в том, чтобы помочь страдающему человеку встретиться со Христом, дать ему слова утешения и поддержки.

Есть такое понятие, что болезнь исцеляет душу. Так вот, если болезнь пройдет просто в безверии, в отчаянии, в страхе, то она может привести только в состояние уныния и подавленности. Человек уже будет страдать не столько от вируса и эпидемии, сколько от депрессии, от страшных мыслей, что вообще жить не стоит, потому что жизнь ужасна и бессмысленна. И чтобы этого не случилось, мы должны быть рядом со страдающими людьми.

Мы пытаемся донести до всех и объяснить, что готовы соблюдать все санитарные нормы. Мы готовы надевать защитные костюмы, мы провели уже несколько семинаров и тренингов по тому, как правильно это делать.

— А кто проводит эти тренинги?

— Конечно, мы советуемся с профессионалами — с врачами, чтобы делать это грамотно и правильно, никого не подвергая опасности: ни себя самих, ни своих прихожан, ни своих близких. У нас есть много врачей-консультантов, мы учитываем все их рекомендации во всем. Кроме того, у нас в больничной комиссии есть священник-врач.

Защитный костюм, маска, очки. А под ними — человек с утешением и молитвой

— Приходите ли вы к людям, которым диагностировали коронавирус, но их состояние позволяет им лечиться дома?

— Мы уже несколько раз ходили к таким пациентам домой, соблюдая все меры безопасности: мы надеваем защитный костюм, маску, перчатки — делаем все так же, как делают врачи.

Но больные, которые находятся дома — это, как правило, люди со средней и легкой степенью тяжести течения заболевания, да, им тоже нужна пастырская поддержка. Но они, поправившись, после снятия общего режима самоизоляции в стране смогут пойти в храм.

В больнице же есть группа тяжелых пациентов, которые могут уйти, не принеся Богу покаяния, не примирившись с Ним. Это более серьезная проблема. Поэтому мы просим, чтобы нас пускали и к тяжелым пациентам. Это очень важно для тех людей, которые сейчас страдают. Может быть, это единственный шанс для верующего человека примириться с Богом.

— Расскажите, пожалуйста, поподробнее, как вы приходите к больным с коронавирусом?

— Во-первых, у нас есть полные защитные комплекты — комбинезоны. По совету врачей, когда мы приезжаем домой к человеку с COVID-19, мы надеваем защитные комбинезоны, еще находясь на улице: в подъезде тоже может быть инфекция. Надеваем защитный комбинезон, бахилы, перчатки, респираторы или защитную маску, очки, которые полностью закрывают лицо, надеваем шапочку, капюшон и, только вот так облачившись, идем к человеку.

У нас даже чин последования исповеди и причащения на дому распечатан на принтере, потом мы его оставляем в квартире, чтобы ничего не выносить из нее. Обычно заранее просим, чтобы все уже было приготовлено для молитвы, для исповеди, для причастия. Совершаем чинопоследование, причащаем человека.

Очень важно, чтобы человек не испугался священника в непривычном одеянии, чтобы понимал — к нему пришел не космонавт, не робот, а живой человек с молитвой, с утешением. Поэтому я стараюсь через маску, через очки все-таки как-то человеку дать почувствовать тепло, сочувствие, сострадание. Есть требование, что долго находиться в квартире пациента нельзя. Обычно мы находимся там 20-25 минут, не больше.

Мы регулярно отрабатываем умение правильно надевать и снимать защитную одежду. Снять ее правильно — еще более сложная задача. Когда священник уходит из квартиры пациента, на улице его ждет помощник, тоже в защитной одежде, который помогает правильно все снять, чтобы нам самим не заразиться. Мы снимаем защитный комбинезон, выворачивая внутрь, как это делают врачи, постепенно снимаем все средства защиты в той последовательности, как это положено. Мы это дезинфицируем, у нас есть дезинфицирующие растворы. Несколько раз дезинфицируем перчатки. Потом все, что остается, мы складываем в специальные желтые пакеты, которые отвозим в Алексеевскую больницу, где специально создан пункт сбора таких отходов класса «Б», где они специальным образом утилизируются.

Мы даже используем специальный подрясник, только в нем приезжаем к больному. Потом мы стираем его при 60 градусах, подвергаем санобработке и стараемся не использовать в обычных условиях. То есть все меры санитарной безопасности мы стараемся соблюдать.

К нам в последнее время стали обращаться священники из разных регионов с просьбой научить их делать то же самое. Думаю, сейчас потребность в этом будет возрастать — все больше и больше людей с коронавирусом будут вызывать священников к себе. И поэтому, конечно, работа предстоит большая — не только самим навещать больных, но и обучать тех священников, которые с этим еще не сталкивались. Важно, чтобы пастыри были защищены, чтобы они не слегли.

— А как вы причащаете людей с коронавирусом?

— У нас есть благословение Святейшего Патриарха, как причащать в таких условиях. Не буду вдаваться в подробности — это такой специальный вопрос, он не совсем понятен широкой аудитории. Но, во всяком случае, мы стараемся минимизировать контакт. Мы стараемся причащать человека так, чтобы от него ничего не забрать потом домой — ни Чашу, ни лжицу. Мы причащаем по тому образу, который был принят в древней Церкви — верующим влагали частицу прямо в уста. Это сделано для того, чтобы минимизировать все риски заражения.

— Когда вы приходили к таким людям в непривычном для священника облике, как они реагировали?

— Достаточно благодушно. Когда я прихожу, сразу извиняюсь: «Простите меня, что я в таком виде, но таковы инструкции». И люди относятся с пониманием. Они не обижаются, не пугаются. Даже трехлетний ребенок, которого я причащал, и то меня не испугался, хотя смотрел с удивлением.

Стараешься сказать что-то нейтральное, пошутить, разрядить обстановку. Все прекрасно понимают ситуацию, говорят: «Да к нам медики уже приезжали в таких же костюмах».

— К людям, у которых диагностирован коронавирус, направляются не все священники, какая-то определенная группа?

— Да, по благословению Святейшего Патриарха создана специальная группа больничных священников для Москвы, которые прошли специальную подготовку. И, кроме того, есть группа волонтеров-помощников этих священников. Как я говорил, священникам необходима помощь, они одни не справятся со снятием спецзащиты.

Вызвать священника к больному коронавирусом можно, позвонив на номер Больничной комиссии при Епархиальном совете Москвы +7 (903) 660-30-40.

Работают специальные координаторы, которые направляют священников по вызовам.

К сожалению, эта группа священников очень небольшая для Москвы. Если вырастет количество обращений, мы просто не справимся. Поэтому мы просим священников, в том числе монашествующих, присоединяться к нам.

Ситуация с посещением больниц очень сложная

— Передать Святые Дары в больницу желающему причаститься нельзя через кого-то, скажем, через медработника?

— Пока такой способ причащения нам не благословляет Священноначалие. Хотя в истории известны случаи, когда, например, в период гонений, Святые Дары передавались в просфоре, даже в хлебе. Но это исключительные случаи.

В данной ситуации есть риск больших искушений, если человек, далекий от Церкви — медсестра или врач, возьмет эту просфору, в которой внутри заложены Святые Дары, и, по непониманию, бросит, забудет и так далее. Это будет большой грех и большое поругание Тела и Крови Христовых.

— Перенимаете ли вы опыт священников, служащих за рубежом, в тех странах, где эпидемия началась раньше?

— Пока еще не занимались этим вопросом. Хотя, наверное, такой опыт есть у наших собратьев, которые сейчас служат в Западной Европе — в Италии, в Германии, во Франции. Думаю, что мы будем искать возможности с ними контактировать и что-то заимствовать из их опыта. Мир очень хрупкий, и мы очень немощны, поэтому надо друг друга поддерживать и быть ближе.

— В какой стадии сейчас переговоры по поводу разрешения допуска священников в больницы к больным с коронавирусом?

— Пока нам не удается получить разрешение на посещение большинства больниц. Причем не только больниц, где лежат люди с коронавирусом. Сейчас если человек в больнице просит о том, чтобы к нему пришел священник, в большинстве случаев нас просто не допустят к нему. Но за последние несколько дней лед тронулся, и в некоторые больницы мы все же попали с разрешения руководства учреждений. Правда, пока это, к сожалению, скорее исключение, чем правило.

— В больницу священника зовут сами пациенты или их родственники?

— Как правило, родственники, когда пациенты уже в достаточно тяжелом состоянии и не могут сами позвонить. Часто встречается ситуация, когда люди до болезни особенно не стремились к тому, чтобы исповедоваться, причащаться. А когда случилась беда, когда велик риск того, что человек может уйти из этой жизни, родственники, переживая за близкого, в последний момент начинают бить тревогу, просить: «Батюшка, пожалуйста, приезжайте быстрее, потому что ему совсем плохо».

Это самая сложная ситуация для священника, потому что приходится исповедовать человека в тяжелом состоянии. Может быть, он уже плохо разговаривает, а надо пытаться его исповедовать. Это очень сложно, когда остается очень мало времени, а у пациента — мало сил, он уже не совсем все правильно воспринимает.

К сожалению, есть какое-то нехорошее представление, что священника надо приглашать только к умирающему. Конечно же, нет. Мы приходим к пациенту не для того, чтобы его напутствовать перед смертью, а для того, чтобы дать ему встретиться со Христом, дать ему возможность получить духовную благодатную помощь. А там уже мы не знаем, будет ли воля Божия этому человеку жить и приносить Богу плоды покаяния, либо ему в мире, в покаянии отойти ко Господу.

— Есть рекомендации для священника, если он идет не к пациенту с коронавирусом, а к верующему в самоизоляции?

— Да, такие рекомендации были разработаны нашей комиссией и присланы во все храмы. Основная рекомендация: священник должен быть в маске и лучше — в перчатках, стараясь минимизировать контакт.

— Если говорить не о больных коронавирусом, а о людях, которые находятся в других больницах — к ним пускают священников? Открыты ли больничные храмы?

— Многие больничные храмы открыты. Но, как я уже говорил, непосредственно к пациентам сейчас в большинстве больниц доступ либо ограничен, либо вообще для нас запрещен. В целом ситуация с посещением больниц очень сложная.

 

«Православие и мир»/Патриархия.ru

Молитва двенадцати целителям

Причащение в «красной зоне»

Российская вакцина от коронавируса «Спутник V» взбудоражила западный мир

УРОКИ ПАНДЕМИИ

ЧТО О КОРОНАВИРУСЕ ГОВОРИЛИ СВЯТЫЕ ХХ ВЕКА

Как укрепить иммунитет, чтобы снизить риск заболевания в период пандемии

МЕЖДУ ПАНИКОЙ И БЕСПЕЧНОСТЬЮ: ПАСТЫРИ-МЕДИКИ О КОРОНАВИРУСЕ

Епископ-вирусолог отвечает на возмущенные возгласы во время пандемии коронавируса

Икона Благословение Дома из Иерусалима

Подробности

Автор: Super User

Категория: Uncategorised

Опубликовано: 10 Сентябрь 2020

Просмотров: 4290

https://pravoslavie.ru/129540.html

Во всем мире приняты беспрецедентные меры по борьбе с пандемией коронавируса, которые затронули, в том числе, и Церковь. Так, в некоторых странах в это особое великопостное время под запретом оказалось само общественное богослужение. Священноначалие Русской Православной Церкви приняло особую Инструкцию в связи с угрозой распространения коронавирусной инфекции, которая поможет сохранить храмы открытыми. Мы попросили священников, имеющих медицинское образование, рассказать о мерах — физических и духовных — противодействия новой заразе.

Пусть люди молятся, а не думают о том, как бы им не заразиться

Иеромонах Тихон (Зимин), преподаватель Московской духовной академии, директор гимназии преподобного Сергия Радонежского в Сергиевом Посаде:

— Ситуация беспрецедентная. Такого еще не было. Параллельно с эпидемиологической обстановкой, безусловно, активизировался информационный фронт: кто-то явно желает, воспользовавшись ситуацией, спровоцировать массовое замешательство или, может быть, проверить, насколько люди внушаемы. Такое ощущение, как будто какой-то сценарий в мировой масштабе (возможно, просто параллельно пандемии) отрабатывается. Надо сохранять трезвение. При тщательном соблюдении санитарных требований надо усилить и внутреннюю гигиену души. Не утопать в новостях, не поддаваться массовому гипнозу.

Меры нашего Священноначалия направлены на то, чтобы максимально нивелировать возможную угрозу и сохранить спокойствие, а главное дать возможность священнослужителям совершать, а верующим участвовать в богослужениях. Успокаивать, конечно, в большей степени стараемся, если можно так сказать, «внешних» — тех, кто, возможно, желая справиться с тревогой, решит переступить порог храма, что вполне естественно.

Хотя в нашей стране карантин введен все же по упреждающему сценарию. Все, кто приезжают из очагов заражения, изолируются. Многое делается.

По своим прихожанам я вижу, что люди спокойны. Приходя в храм, они чувствуют себя защищенными. У нас просто небольшой приход, мы как семья — все друг у друга на виду. Я не вижу, чтобы кто-то был болен, да и это бы сразу стало известно.

Сложнее, конечно, на больших городских приходах. Тут меры просто необходимы. Люди приходят в храм для молитвы — пусть они молятся, а не думают о том, как бы им не заразиться. Об исключении рисков надо заранее начальствующим и сотрудникам храма позаботиться — для этого Священным Синодом и была утверждена соответствующая Инструкция. Понятно, что есть те, у кого и молитва, и упование, и здоровье крепки. Но Церковь обо всех печется, и это в духе апостольских наставлений (Рим. 14: 1 и др.). И мы должны думать не только каждый о себе, но и о других.

Церковь призвана идти царским путем, мы во всем ищем золотую середину. Предотвращая распространение инфекции, дезинфицируем и вирусы разногласий между людьми. О ком-то родители, близкие переживают — профилактические меры и их успокоят.

С другой стороны, нельзя, конечно, переусердствовать. Не должно быть в храме атмосферы какого-то госпиталя с усиленной химзащитой. Всё должно быть на своих местах. И тогда Бог всё управит. Надеемся на Господа.

Вот вам и Великий пост

Протоиерей Михаил Капчиц, настоятель храма Московской Патриархии в честь святителя Николая Чудотворца в городе Бейонн, штат Нью-Джерси, США, врач по светской профессии:

​— Лучше соблюдать предписанные меры, чем лишиться возможности всем вместе собираться на богослужение. У нас на прошлой неделе в Америке вообще храмы позакрывали. Не везде, правда. В Нью-Йорке просто ограничили число прихожан, которые могут за раз прийти (до 50 человек). Службы, конечно, будут продолжаться везде, но где-то, видимо, за закрытыми дверями. Я специально звонил в мэрию, у нас в храмах власти разрешили пока только отпевать. Мы еще не знаем, как будем выходить из этого положения. Но будем.

Понятно, что враг рода человеческого любую ситуацию всегда пытается использовать, чтобы навредить Церкви Христовой. Когда-то под прикрытием требований санэпидстанций советская власть запрещала крестить при храмах полным погружением. Сейчас определенные силы явно стараются посеять страх, панику, может быть, даже вражду, подозрительность.
Наоборот беда должна нас всех сплотить. Господь утешает, новости пугают. Лучше слушать Господа, а не новости. Побольше читать Священное Писание.
Усилить молитву. Мы и молебны служим. Люди у нас сразу организовались, читают молитву по соглашению, акафисты Матери Божией, святителю Николаю.

С духовной точки зрения, всё, что ни происходит, — милость Божия. Смотрите: закрыли же и все клубы, бары, увеселительные учреждения. Вот вам и Великий пост! Когда начинают роптать, обвинять всех вокруг — это просто идут на поводу у врага. Тот, кто молится, во всем видит руку Божию.

Будучи по своей светской профессии врачом, понимаю: коронавирус особо контагиозен (заразен). Меры предосторожности, безусловно, нужны. Надо быть аккуратными. Болезнь есть. Ее много. Она распространяется. Нельзя хорохориться: мол, шапками закидаем. Когда у нас храмы были еще открыты, я запретил людям с симптомами простудного заболевания приходить на службы.

Но это все-таки не чума, не холера, не испанка (грипп, которым 100 лет назад переболело человечество). Трудно пока наверняка предсказывать, но уже сейчас видно, что смертность не катастрофическая. Эпидемия как эпидемия, «пандемией» назвали. Но не такая уж страшная, чтобы все мы на кладбища вдруг засобирались. Паника раздута.

Как найти правильный баланс между предусмотрительностью и мнительностью? Молиться. Господь подскажет.

Вера есть вера. Если кто-то боится, пусть, конечно, сидит дома. Не приходит в храм, не прикладывается к иконам, не причащается, не соборуется. «Маловере! Почто усумнился еси?» (Мф. 14: 31), — и такое бывает.

В Америке люди перепуганы. Уже более 400 смертей. Заболели порядка 30 тысяч. Следующие несколько месяцев динамику не удастся переломить, этого никто не скрывает. Те меры, которые сейчас предпринимаются светскими властями и предписываются Священноначалием, — вынужденные действия.

«Инструкция» — это все-таки рекомендация относительно конкретной ситуации, это не Соборное установление, не догма на все оставшиеся этому миру времена. Сколько всё происходящее сейчас продлится, неизвестно. Уложится ли в отведенный карантин до Пасхи? Вряд ли. А как же мы тогда Пасху встречать будем?

Помню, у отца Валериана Кречетова в Акулово мы, тогда еще советская молодежь, такой хороший мужской хор организовали. Все уже, считай, спелись. А батюшка нам и говорит:

— Братия, вы, конечно, молодцы, но я еще послужить здесь хочу (раньше за такое власти настоятеля сразу же с данного прихода переводили — Ред.).

Мужество и благодушие должны быть неразлучны. Если чего-то сейчас нельзя — ничего страшного: всегда есть масса других возможностей. А потом — раз! — Господь и эту дверь открывает. Всего-то и надо было потерпеть немножко.

Воспринимаем всё покаянно — как гнев Божий. По грехам нашим Господь попустил нам это испытание. Вот я сейчас получаю смски: «Ой, какая у меня потребность прийти причаститься!» А когда всё было открыто, мы как стремились в храм?.. На трех утренях, предшествующих Великому посту, псалом «На реках Вавилонских» читали. Там как раз о том, что «имея не ценим, потерявши плачем». «Откуду начну плакати окаяннаго моего жития деяний?» Вот вам и Великий пост. Были храмы открыты — так у всех дела какие-то поважнее находились. Вот теперь Господь и дает возможность покаяться — приблизиться к Богу в сердце своем.

---

 

К этой пандемии надо отнестись очень серьезно, но никакой паники быть не должно

Иерей Алексий Тимаков, настоятель храма святителя Николая при Центре борьбы с туберкулезом (Москва), 18 лет проработал сначала на скорой помощи, в реанимации и анестезиологии:

Подробности

Автор: Super User

Категория: Uncategorised

Опубликовано: 17 Сентябрь 2020

Просмотров: 1694

https://www.mos.ru/news/item/77889073/

С 3 августа по  20 сентября 2020 года проводится Всенародная интерактивная акция «Пою Мою Москву – 2020»

Для участия в акции необходимо записать видеоролик со стихами или прозой о Москве. Это могут быть произведения известных авторов или собственного сочинения. Ролик нужно выложить на своей страничке или на странице акции в соцсетях с хештегами: #ПоюМоюМоскву, #всенароднаяакция, #проявисебя, #конкурсчтецов, #стихиипрозаомоскве,  указав имя и фамилию, возраст, автора и название стихотворения или отрывка из прозы. Также видео необходимо продублировать на электронную почту оргкомитета конкурса  Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. .

К детской (до 18 лет) и взрослой (старше 18 лет) номинациям в этом году добавлена и специальная, посвященная 75-летию Победы в Великой Отечественной войне. Участники будут соревноваться в ней в прочтении стихов и прозы о битве за Москву, москвичах-участниках ВОВ, памятных страницах нашей истории 1941 – 1945 годов.

Авторов самых искренних признаний выберет именитое жюри, которое возглавляет руководитель Департамента национальной политики и межрегиональных связей города Москвы Виталий Сучков. Победители будут награждены призами и памятными дипломами, точная дата и место церемонии награждения будут сообщены позднее.

В прошлом году, когда акция проходила впервые, на конкурс поступило более 1600 роликов, как от участников из Москвы, так и других регионов и даже стран.

Акцию #ПоюМоюМоскву проводит Некоммерческий фонд «Международных интеграционных технологий» при поддержке столичного Департамента национальной политики и межрегиональных связей.

Страницы акции #ПоюМоюМоскву в соцсетях: Вконтакте, Facebook, Instagram.

 Предлагаем Вашему вниманию коллективный видео ролик на  стихотворение:  «СВЕЧА ИВЕРСКОЙ  БОЖЬЕЙ  МАТЕРИ»,  написанное   в  2002 году, в городе Севастополе, - поэтессой, членом РО  «Севастопольское Землячество»  Людмилой Шершневой, и представленное  в 2020 году к  участию   в акции  #ПоюМоюМоскву. Смотреть и слушать файл по ссылке https://yadi.sk/i/ySPJ1XGXKwxM3g

 

Источник  изображения http://ikona-i-molitva.info/iverskaya-ikona-bozhej-materi-ot-chego-pomogaet/

Сайт РО  «Севастопольское Землячество» http://www.sevastopol-souz.ru/sevastopolskoe-zemlyachestvo

 

Подробности

Автор: Super User

Категория: Uncategorised

Опубликовано: 10 Сентябрь 2020

Просмотров: 1887

https://foma.ru/ved-ranshe-vo-vremja-jepidemij-vse-v-hram-shli-episkop-virusolog-otvechaet-na-vozmushhennye-kommentarii-pro-koronavirus.html

Епископ Калачинский и Муромцевский Петр до принятия сана закончил биологический факультет МГУ, работал в НИИ природно-очаговых инфекций города Омска и защитил диссертацию по специальности «Вирусология». «Фома» попросил его ответить на возмущенные комментарии людей, которые не понимают, зачем нужны серьезные меры безопасности во время коронавируса.

«Ведь раньше во время эпидемий все в храм шли!»

Нет, не всегда. Говорящие так недостаточно знакомы с историей, в том числе церковной. В прошлом тоже были изоляции и карантины — не надо думать, что это новая, придуманная мера. Конечно, уровень знаний о причинах и течении эпидемий был совершенно иной, чем сейчас. Тем не менее люди знали, что остановить чуму, холеру и оспу можно только карантином. И во многих случаях береглись и читали молитвы из дома.

Сейчас много говорят о подвиге святителя Филарета, который ободрял москвичей и собирал на молитву, но это подвиг исключительный. Могу напомнить, что нареченный тем же именем святитель Филарет — но не Московский, а Черниговский, совершая такой же подвиг во время холеры, заразился, и врачи не смогли его спасти. Это было в 1866 году.

Если мы говорим о заразных болезнях, то главный подвиг духовенства чаще заключался в посещении больниц или временных бараков, наполненных заболевшими людьми. Это было и остается огромным риском — свидетельством подвига истинных пастырей. Но от людей часто требовалось иное. Заболевших старались причащать либо отдельно от тех, кого считали тогда здоровыми (поймите, тогда не было современных знаний о передаче вируса), либо на дому или в больницах. 

Со времен апостолов нам даны слова о послушании властям. В отличии от гонений на христиан, карантинные меры Церковь воспринимала с пониманием, и никого не смущало, что в законах и установлениях Российской Империи в том числе были предусмотрены и ситуации с временным закрытием храмов на время эпидемий. Нет, это не вероотступничество. Мы с вами почитаем святого праведного Федора Ушакова. А знаете ли Вы, что ему удалось спасти свой флотский экипаж и весь город Херсон во время эпидемии чумы? Причем там был введен жесточайший карантин и были запрещены публичные богослужения.

Адмирал Ушаков ставил патрули на въездах и выездах, всем приказывал оставаться дома, а всех больных изолировал. Болезнь была побеждена, а адмирал награжден орденом Святого Владимира. И мы с вами видим не просто понимание со стороны Церкви его действий как руководителя. Этот глубоко верующий человек стал святым молитвенником за нас у престола Божия!

Многие помнят одного из православных патриархов советского времени — патриарха Пимена (Извекова), и очень его почитают. А знаете ли вы, что в бытность его местоблюстителем патриаршего престола, примерно за год до избрания патриархом, он участвовал в борьбе со вспышкой холеры в южных районах Советского союза? Охвачены болезнью были Кавказ, Астраханский край, Одесса — и беда грозила всей стране.

И тогда был подписан указ, согласно которому категорически запрещалось прикладываться к иконам, а причастие мирян благословлялось исключительно на дому в случае немощи или болезни. Никаких перемен в отношении к патриарху Пимену в церковном сообществе это не вызвало, а совместные действия властей и Церкви позволили победить опаснейшую болезнь быстро и с минимальным числом потерь.

Это лишь некоторые примеры, о которых нам известно. Желающие могут обратиться также к «Настольной книге для священно-церковно-служителей», изданной впервые в конце 19 века. Впрочем, в «Фоме» уже была подобная публикация.

В «Книге» внимательный читатель обнаружит особые меры предосторожности и для пастырей, и для паствы в связи с эпидемиями. Нынешние события заставят внимательнее изучать историю православия именно в связи с этой темой, вызвавшей у части людей вопросы. Это еще одно реальное свидетельство. Думаю, что нынешние события заставят особо потрудиться историков Церкви, чтобы люди без сомнений слушались голоса священноначалия и проявляли разумное послушание власти.

Очень важно понимать, что богослужения в нашей Церкви продолжают совершаться.  Наша страна знала намного более страшные времена с точки зрения возможностей приобщиться к церковным Таинствам и получить пастырское окормление. Мы не должны забыть о временах, когда на территории нашей родины почти все храмы были уничтожены или закрыты, а священнослужителей ждали аресты, а часто и мученическая кончина. Но молитва звучала и тогда, а верующие во всем стремились поддержать своих архипастырей и пастырей, молились тайно, тайно передавали в тюрьмы и ссылки Святые Дары — и это было смертельно опасно.

А сейчас служатся литургии, богослужения транслируются для верующих в прямом эфире, совершаются крестные ходы, священники ходят к старикам и причащают их на дому. Давайте сопоставим нынешнюю ситуацию и то, что мы пережили в 20 веке.

У прихожан есть благословение Патриарха оставаться дома. Это церковный ответ, это помощь нашим властям, нашим врачам и добровольцам, которые борются сейчас с эпидемией. Никто не покушается на нашу веру, единство Церкви проверяется в другом — в осознании, что где бы мы ни молились, на богослужении в храме или у себя дома, келейно, Христос посреди нас. Мы внешне разобщены карантином, но мы можем молиться и быть вместе духовно. Не надо бояться — нас соединяет сам Господь.

«Опасность преувеличена — у нас же и так постоянно эпидемии ОРВИ! И ничего, живы без всяких особых мер!»

Люди, которые так говорят, не владеют полной информацией. Они, в основном, верят тому, что пишется в Интернете. Они сравнивают цифры смертности от разных болезней в момент, когда во многих странах коронавирусная инфекция еще только набирает силу. Серьёзные специалисты не могут сейчас оценить всех последствий происходящего, но им совершенно ясно, что такой эпидемии не было уже давно — это новый неизученный вирус: очень прилипчивый, очень заразный, так как передается воздушно-капельным путем.

Такие драконовские меры предосторожности нельзя объяснить чьей-то выгодой, каким-то мифическим заговором чиновников — все страны мира понесут огромный урон от карантина. Для риска благосостоянием миллиардов людей может быть только одна причина — объективная опасность коронавируса.

От него пока нет лекарства, от него нет вакцины, от него заразились и умерли многие врачи, несмотря на то, что они старались соблюдать все меры безопасности. Врачи сейчас жертвуют собой ради наших жизней и здоровья. 

Посмотрите, что творится в Испании, Италии, Великобритании и США. В Китае число заболевших удалось снизить только путем жесточайшего карантина. А в Италии врачи плачут и говорят: «Я должен решать — кому жить, а кому нет».

Это очень опасная болезнь и, если мы не будем реагировать на предписанные меры осторожности, будет еще хуже, чем в Италии. Неужели вы считаете, что 10% смертности — это просто шутка?!

Поверьте, это не просто ОРВИ: по статистике, больной ОРВИ или гриппом человек заражает вокруг себя меньше людей, чем тот, кто болен коронавирусом. Возможно, кто-то пропустил информацию из Южной Кореи о так называемом пациенте 31. Этим 31-ым пациентом с диагнозом коронавирус стала прихожанка Церкви Иисуса культа Синчхончжи, которая не подозревала о своей болезни и успела за три дня посетить несколько общественных мест, инфицировав сотни людей. Среди инфицированных — 544 заболевших, остальные 9000 — помещены в карантин.

Так, всего от одного человека пострадало несколько сотен людей. Все дело в том, что некоторые люди распространяют вирусы более интенсивно. Ученые не знают, почему так происходит — они еще изучают этот вопрос, как и сам вирус — он везде ведет себя по-разному, видимо, быстро изменяется и мутирует.

Я вирусолог, и когда работал по специальности, должен был исследовать новые вспышки болезней и подбирать к ним эпидемиологические меры — это то, что сейчас делает государство. Так вот — у меня сейчас нет никаких оснований государству не доверять.

Повторю вслед за специалистами: сейчас, когда у нас нет вакцины, только карантин может остановить сейчас передачу вируса. Этот вирус паразитирует в основном на людях — и живет пока передается. Некоторые люди не осознают, что могут быть носителями, либо болеть без симптомов (это две разные вещи). Все они будут способствовать передаче вируса. Эта передача может быть остановлена тремя способами: либо человек выздоровел, либо умер, либо находится в затворе, на том самом карантине. При карантине путь распространения вируса останавливается. Не нужно быть специалистом в вопросе, чтобы понять: нам нельзя быть сухой соломой на сеновале. Это, между прочим, и вопрос о нашей ответственности перед ближними, которых мы можем невольно подвергнуть опасности.

«Бояться заразиться в храме, где все священно — это же маловерие!»

По-существу такой вопрос могли бы задать и евангельские фарисеи, требующие у Иисуса Христа знамений или чудес. И Спаситель совершал чудеса, но не ради требующих знамений, а ради веры просящих милосердия. В Его отечестве последних было мало, и чудес там было мало. В любом чуде, совершаемом Богом обязательно участвуют, по крайней мере, двое, — Сам Творец и тот (или те), ради которого чудо совершается. В совершившемся чуде обязательно встречаются всемогущая любовь Божия и пусть самая маленькая, но искренняя и смиренная, основанная на любви вера человеческая. Любовь Божия пребудет с нами до скончания века.

По-существу мы все, все человечество, несмотря на всю нашу греховность, до сих пор буквально погружены в океан Божественной любви. Но если нет встречной любви человеческой, то нет и веры, а значит, тщетна наша молитва, и благодать Божия не коснется нашей жизни.

О значении веры всегда напоминал своим ученикам Христос. Возьмем евангельский отрывок, где отец просил Господа вылечить его сына от падучей болезни. «Если хоть сколько-то можешь веровать, то все возможно верующему» — ответил Христос просящему. И тогда отец сказал: «Верую, Господи, помоги моему неверию!». И этого смиренного «маловерия» оказалось достаточно, чтобы Господь оказал ему милосердие. И вспомним другое место из Евангелия, когда сам апостол Петр обещал даже перед лицом смерти не оставлять Учителя. Можем ли мы сомневаться в вере будущего первоверховного апостола, на которой Христос как на камне основал свою Церковь? Конечно нет. Но, видимо, к великой вере Петра в тот момент прикоснулось некое самомнение, гордость, искушающие Господа. И благодать Божия отступила, и тогда страх вошел в его сердце апостола. И только после его горьких слез благодать вернулась.

Вспомним апостола Павла, который просил у Господа исцеление от своей болезни? Павел правильно понял волю Божью и смирился, когда не получил исцеления. Он и в последствии с заботой и тревогой писал ученикам и просил беречь свое здоровье. Такие же слова мы можем найти у святителя Иоана Златоуста, который сам тяжело страдал от болезней и прибегал к помощи врачей и советовал другим беречься.

Кому же мы уподобимся, если не будем обращать внимание на реальную угрозу заражения опасной, особенно для пожилых прихожан инфекцией? Кто из нас скажет, что у него большая вера, чем у наших великих святых? Говорить о своей вере и быть уверенным в том, что Господь помилует нас от болезни — большая дерзость и искушение Господа. «Не искушай Господа Бога твоего» — эти слова остаются для нас главными в текущей ситуации.

Критики предохранительных мер наверное не понимают серьёзности нынешней ситуации. В момент, когда мы беседуем с вами, в Церкви трудится специальная рабочая группа по коронавирусу. В первую очередь, конечно, стоит вопрос о всесторонней помощи людям: тут и доставка продуктов, лекарств, сборы пожертвований, где позволяет квалификация — помощь в больнице, но параллельно в группу стекается информация, что у нескольких священников болезнь уже подтвердилась, у нескольких выявлены симптомы, а часть, к сожалению, находится в тяжелом состоянии. И мы молимся о них.

Их болезнь — не свидетельство маловерия. В каком-то случае это недостаточная осторожность, но в целом — это одна из причин, почему священнослужение называется именно служением. И это путь за Христом, а Великий пост нам напоминает о Его страданиях и смерти на кресте. Церковь, святыни, Таинства — все это спасительно, но многие люди, к сожалению, до сих пор не хотят услышать, что речь идет о спасении не ради благополучия в этом мире. Спасение — не в избавлении от болезни и смерти, спасение — в соединении с Богом и следовании Ему уже в этой жизни, попытка войти в вечную жизнь, в Царствие нашего Отца, избежать духовной гибели. Вот ради чего святыни и Таинства.

Требуется мужество признать, что от болезней наша вера сама по себе никого не страхует. Более того, Христос предлагает нам понести по силам свой крест ради нашей вечной жизни.

А отношение к Церкви как к барокамере с особым микроклиматом и обеззараживанием чревато искушениями — такая вера может оказаться очень шаткой. болезнь забирает молодых и старых, врачей и ученых, православных и католиков, мусульман и атеистов. Человек может прийти в храм уже больным, но не подозревать об этом. Вот только он заразит большинство тех, кто находился рядом с ним.В храм часто заходят люди невоцерковленные, которые просто ставят свечки и уходят. Они не знают, что такое духовная общность, что такое молитва и Таинства Церкви. Каждый пришедший в храм может быть потенциальным носителем вируса.

Эта пандемия должна действовать отрезвляюще и напомнить нам, как мы далеко ушли от Бога. В Великий пост мы оказались в ситуации, когда все увеселительные учреждения закрыты, когда мы избавлены от значительной части будничной суеты и отвлекающих привычек. Для многих эта ситуация вынужденная и непривычная, но любой может обратить ее себе во благо. Мне здесь видится промысл Божий для тех, кто должен находиться в режиме самоизоляции. Нам не надо искать, чем заняться дома — надо брать и со смирением молиться. А вот допускать в сердце страх действительно не надо. Все что мы делаем, мы делаем  ради Христа, наших ближних. Следуя за Христом, мы просим Его о милости и верим, что Господь везде и всюду рядом. Недаром сказано: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф.18:19-20).

Молитва двенадцати целителям

Российская вакцина от коронавируса «Спутник V» взбудоражила западный мир

УРОКИ ПАНДЕМИИ

«Мы надеваем защитный костюм и причащаем». Как священники посещают больных с коронавирусом

ЧТО О КОРОНАВИРУСЕ ГОВОРИЛИ СВЯТЫЕ ХХ ВЕКА

Как укрепить иммунитет, чтобы снизить риск заболевания в период пандемии

МЕЖДУ ПАНИКОЙ И БЕСПЕЧНОСТЬЮ: ПАСТЫРИ-МЕДИКИ О КОРОНАВИРУСЕ

Икона Благословение Дома из Иерусалима