https://www.blagovest-info.ru/index.php?ss=2&s=7&id=114509

Интервью с директором Дома русского зарубежья В. Москвиным

Виктор Москвин. Фото: monastery.ru

В нескольких шагах от метро «Таганская», знаменитого театра на Таганке и восстановленного храма святителя Николая находится Дом русского зарубежья, к которому сегодня примыкает еще и здание музея, открытого в 2019 году. В 2025 году Дом русского зарубежья отметил 30-летие своей деятельности. Об уникальной коллекции и сохранении памяти о тысячах русских людей, вынужденно оказавшихся после Октябрьского переворота 1917 года за границей, мы беседуем с директором Дома русского зарубежья Виктором Александровичем Москвиным.

– Виктор Александрович, на выставке в Доме русского зарубежья «Я вернусь отражением / Из России в Россию» представлены вещи, которые брали с собой русские эмигранты, покидавшие Родину. Это иконы, Евангелия, книги. Из посуды – чашки, ложки, подстаканники и самовары. Что еще брали русские с собой на чужбину?

– Когда люди покидали Родину, они брали с собой самое дорогое – детские крестильные рубашки, документы, связанные с историей семьи, например, жалованную грамоту Петра I или Екатерины II, которые хранятся теперь у нас в музее. Еще увозили с собой землю. Есть удивительная история. Крым, 1920 год. Двое казаков, у которых ничего нет, кроме вещмешка и шинели. Перед погрузкой на пароход они взяли с собой русскую землю и выкопали корни хрена. Оказались в Болгарии в эмиграции и развели там плантацию этого хрена. Потом, переселившись во Францию, тоже выращивали хрен. Это было реальное подспорье к их заработку. Их потомки передали корни хрена обратно в Россию, и теперь он растет на подмосковном участке. Это такая бытовая история, но она символична – родная земля кормила и в России, и за границей. Землю брали еще, чтобы положить в гроб при отпевании. Русская земля сама по себя была драгоценной реликвией. Конечно, большинство людей надеялись еще при жизни вернуться на Родину, думая, что большевистский режим не сможет долго продержаться и падет. Традиционный рождественский тост за столом был о том, чтобы следующий праздник Рождества Христова отпраздновать в России. Некоторые эмигранты долгое время не распаковывали чемоданы, надеясь на скорую встречу с Родиной.

– Мне известно, что русские эмигранты часто не хотели брать иностранных паспортов, чтобы оставаться гражданами России.

– Да, паспорта у многих оставались русскими, но так как за границей жить с ними было уже тяжело, члены Лиги Наций во главе с комиссаром по делам беженцев Ф. Нансеном, известным полярным исследователем, приняли решение выдавать русским беженцам без гражданства так называемые нансеновские паспорта. Многие русские прожили всю жизнь с таким паспортом. Например, Андрей Дмитриевич Шмеман, родной брат протоиерея Александра Шмемана, всю жизнь имел нансеновский паспорт и только на склоне своих лет, в 2004 году, получил российский паспорт из рук Владимира Путина.

– Как в такой ситуации бездомья, когда кругом говорят на чужом языке, нет заработка, не знаешь, как устроить и прокормить семью, так как имеешь только статус беженца, не ассимилироваться, а остаться русским? Как русским эмигрантам удалось сохранить национальную идентичность среди традиций и культур других народов?

– Русским людям помогла православная вера. Когда беженцы оказывались на чужбине, первое, о чем думали, – где молиться. В тяжелейших условиях создавали храмы. Собирали скудные средства и арендовали какие-то помещения. Часто это были гаражи или склады, их переоборудовали под храмы. Позднее, когда русские эмигранты вставали на ноги, то строили уже новые храмы. Например, русский флот, покидая Россию, из Крыма отправился в Бизерту (Тунис), и там моряки решили построить храм во имя благоверного князя Александра Невского. В нашем Доме хранится макет этого храма. В Бизерте и сегодня служится Литургия, храм относится к юрисдикции Московского Патриархата. В эмигрантских семьях с детьми часто принципиально говорили только на русском языке, чтобы дети с детства хорошо знали родной язык. Некоторые из них, придя в первый класс французской школы, ни слова не знали по-французски. Иногда бывали исключения. Например, в семье знаменитого драматурга Мишеля Винавера, внука одного из создателей партии кадетов в России, родители говорили дома на французском языке, и впоследствии драматург очень жалел, что его в детстве лишили русского языка. Он в возрасте 91 года посетил Санкт-Петербург со своими правнуками, которые решили изучать русский язык. Объединяли русских людей за границей и кладбища, которые устраивались рядом с русскими храмами или рядом с домами для пожилых людей.

– В Доме русского зарубежья есть экспозиция, посвященная движению Сопротивления во Франции времен Второй мировой войны. В ней представлены имена прославленных в лике святых активных членов движения Сопротивления: матушки Марии (Скобцовой), ее сына Георгия Скобцова, Ильи Фондаминского, иерея Дмитрия Клепинина. Скажите, издаются ли произведения матери Марии сегодня? Ведь она в молодости дружила с Блоком, писала стихи.

– Монахиня Мария (Скобцова) по указу Президиума Верховного Совета СССР в 1985 году была удостоена ордена Отечественной войны II степени, до этого в 1982 году в Советском Союзе был снят художественный фильм «Мать Мария». Дом русского зарубежья уже несколько лет выпускает собрание сочинений матери Марии, ее поэтические, публицистические, богословские произведения. Уже пятый том готовится к печати. Несколько лет назад мне довелось работать в архиве при русском старческом доме Сент-Женевьев-де-Буа, и там я нашел протоколы собрания, где речь шла об организации благотворительной столовой в оккупированном немцами Париже, чтобы поддержать неимущих. Некоторые выступающие говорили о создании столовой только для русских людей, но мать Мария взяла слово и убедила присутствующих, что столовая должна быть для всех без исключения. Мать Марию поддержал митрополит Евлогий (Георгиевский). Сохранились воспоминания, как мать Мария приезжала на продовольственный рынок к концу рабочего дня и просила у торговцев оставшиеся продукты для своей столовой. Все это мать Мария складывала в мешок, и сама везла в столовую на метро. Попав в концлагерь, мать Мария пошла в газовую камеру вместо другой заключенной, назвавшись именем под ее номером. Это величайший пример христианского самопожертвования.

– В 2024 году телеканал «Спас» при содействии Дома русского зарубежья создал 10-серийный документальный фильм «Русское кладбище под Парижем». В нескольких сериях рассказывается о виднейших богословах-мыслителях, таких как Николай Бердяев, отец Сергий Булгаков и Владимир Лосский. Благодаря изданиям их произведений французы заново открывали для себя христианство и приходили в православные храмы. Получается, что трагедия бездомья и скитаний имела духовный смысл: русские приносили с собой сокровище православной веры и христианской культуры в Западную Европу. Это стало возможно благодаря университетам, которые открывали русские эмигранты на Западе, и благодаря книжным издательствам. Расскажите о значении деятельности издательства «ИМКА-Пресс» для русской эмиграции.

– В 1922 году большевики под началом Ленина и Троцкого организовали высылку интеллектуальной элиты из Советской России, то, что мы сейчас называем собирательным понятием «философский пароход», и за рубежом оказалась целая плеяда выдающихся русских философов. Американцы привлекли Николая Бердяева к руководству издательства «ИМКА-Пресс» сначала в Праге, а в 1925 году издательство переехало в Париж. Американские меценаты помогали материально, но в работу не вмешивались. Тогда было опубликовано большое количество книг русских философов и писателей – Б. П. Вышеславцева, В. Н. Лосского, И. А. Бунина, Б. К. Зайцева, И. С. Шмелева и др. Все это происходило в содружестве с Русским студенческим христианским движением и Свято-Сергиевским богословским институтом в Париже.

– Издательство печатало книги на русском и французском языках?

– Книги издавались только на русском языке. В конце 1950-х годов американцы прекратили финансирование, и тогда издательству стал материально помогать Комитет помощи верующим в России, который возглавлял сын знаменитого священника Александра Ельчанинова – Кирилл Ельчанинов. Никита Алексеевич Струве, сотрудничавший с «ИМКА-Пресс» с пятидесятых годов, смог организовать «мост» между Францией и СССР в шестидесятые, когда в издательстве стали печатать рукописи из Советского Союза. Например, впервые были изданы повесть М. А. Булгакова «Собачье сердце», неопубликованные в России стихи А. А. Ахматовой, М. И. Цветаевой и др. В 1969 году начинается сотрудничество «ИМКА-Пресс» с Александром Солженицыным, публикуется его роман «Август Четырнадцатого». Позднее все книги Солженицына периода изгнания были изданы на русском языке именно в «ИМКА-Пресс». По сути, именно через это издательство осуществлялась живая связь русских людей за границей с творчеством русских писателей и поэтов в Советском Союзе.

– В фондах вашего музея хранятся уникальные по красоте и мастерству росписи храма святого Иоанна Воина в Медоне, которые создала монахиня Иоанна (Рейтлингер). Каким образом удалось транспортировать из Франции в Россию настенные храмовые росписи?

– В Медоне в 1939 году был построен небольшой храм с двускатной крышей в честь святого Иоанна Воина. Прихожане обили внутренние стены листами фанеры (материал был приобретен после завершения международной Парижской выставки), и сестра Иоанна (Рейтлингер) расписала храм. Он действовал до начала 1970-х годов, потом приход распался. В храме поселились клошары, устроили пожар, сожгли иконостас. Узнав об этом пожаре, Никита Струве (его супруга Мария Александровна, урожденная Ельчанинова, была иконописцем и ученицей сестры Иоанны) поехал в Медон, вместе с помощниками отделил от стен листы фанеры с росписями и перевез в замок Монжерон под Парижем. В замке первоначально был приют для детей, затем в 70–80-е годы в нем селились беженцы из Советского Союза. Когда строилось основное здание Дома русского зарубежья, Никита Струве предложил подарить эти росписи Дому и перевезти их в Россию. С помощью российского посла во Франции Александра Авдеева эта перевозка состоялась в 2003 году. Листы фанеры перевезли, росписи отреставрировали. Теперь один из залов музея посвящен медонским росписям сестры Иоанны. Это выдающийся памятник русского церковного искусства ХХ столетия. Особенностью иконописи монахини Иоанны является способность сочетать традиции церковного канона и современной живописи. В этом проявляется не механическое воспроизведение, а творческий подход к иконописи.

– Еще одно имя, которое объединяет русских людей по всему миру, – это имя святителя Иоанна Шанхайского. В одной из экспозиций я увидела печатную машинку, которая принадлежала владыке Иоанну.

– В нашем музее бережно хранятся воспоминания о святителе Иоанне. На первом этаже есть раздел, который рассказывает о пребывании русских людей на острове Тубабао. После того как в Китае к власти пришли коммунисты, русские эмигранты стали для них идеологическими врагами, потому более 5 000 русских людей оказались на Филиппинах, на острове Тубабао. Русские прожили на острове около двух лет, создали там храм и школу. Беженцев окормлял владыка Иоанн Шанхайский. На Тубабао каждый год бывают сильные тайфуны, но местные жители заметили, что пока святитель Иоанн благословлял лагерь с четырех сторон каждую ночь, не было ни одного тайфуна. Как только владыка вместе с паствой покинул остров, тайфун снес все постройки.

– Из Ваших интервью я узнала, что Дом русского зарубежья своим основанием во многом обязан деятельности Никиты Струве, который в 1990-х привозил книги русских религиозных мыслителей, поэтов и писателей, изданные в «ИМКА-Пресс». Расскажите о ваших совместных поездках с Никитой Алексеевичем по России.

– При Юрии Андропове Никита Струве числился под номером один в списках врагов советской власти, потому Никита Алексеевич впервые приехал в Советский Союз по нашему приглашению в 1990 году в возрасте 59 лет. В одном из писем Струве к Александру Солженицыну в свой первый приезд Никита Алексеевич пишет, что кругом разруха, нищета, но он все равно чувствует себя как дома. Никита Струве не раз говорил, что он предстательствует за многих русских людей, которые мечтали вернуться на родину, но им не было суждено, и он выполняет их волю. Никита Струве начиная с 1990-х до 2011 года часто приезжал в Россию, привозил книги и дарил их библиотекам. С просветительскими лекциями Струве объездил всю Россию и Восточную Европу. Никита Алексеевич выполнял миссию по «сшиванию» русской культуры. То духовное богатство, которое сохранялось и создавалось в эмиграции, в девяностые годы стало вливаться в пространство российской культуры. Наследие русских религиозных мыслителей (отца Сергия Булгакова, отца Василия Зеньковского, отца Александра Ельчанинова, Семена Франка, Владимира Лосского и др.) стали изучать в духовных учебных заведениях, а книги Ивана Шмелева, Ивана Бунина, Александра Солженицына вошли в обязательное чтение для школьников и студентов. Значительный вклад «ИМКА-Пресс» в духовное просвещение соотечественников отметил на открытии нашего Дома в декабре 1995 года митрополит Кирилл, будущий Святейший Патриарх.

– Меня поразило, что в ваших совместных поездках с Никитой Струве по России происходили удивительные для 90-х годов события. Например, по предложению Никиты Алексеевича Пролетарскую площадь в Ливнах переименовали в площадь отца Сергия Булгакова, а на родине патриарха Тихона в доме его родителей организовали музей. Ведь 90-е годы – это очень сложное время, общество только-только начинало осознавать ложь атеистической идеологии, был экономический кризис в стране.

– Поездка в Ливны не была запланирована, мы ехали в Липецк, а Никита Струве предложил заехать на родину отца Сергия Булгакова. В Ливнах встреча с Никитой Алексеевичем прошла в школе, там были педагоги, глава города, его заместители. Из них мало кто знал об отце Сергии Булгакове. Никита Алексеевич перед всеми прочитал блестящую лекцию об отце Сергии и в конце сказал, что отец Сергий Булгаков по своей богословской мощи был для Русской Церкви как Фома Аквинский для Западной. Заместитель главы города Ливны, Александра Максимов, возглавил группу энтузиастов, которые изучали и писали о жизни и творчестве великого земляка, был создан зал в музее. В 1996 году в период выборов президента, когда баллотировались Зюганов и Ельцин, в Ливнах состоялся крестный ход, тогда же было принято решение переименовать Пролетарскую площадь в площадь отца Сергия Булгакова, установить бюст отца Сергия и памятную мемориальную доску на здании бывшего духовного училища, где учился будущий священник. Кстати, из десяти храмов, которые были в Ливнах до революции, уцелел только один кладбищенский храм, где служил отец Сергия Булгакова – протоиерей Николай Булгаков. В городе Торопце Струве попросил показать дом, где прошли детские годы патриарха Тихона. Домик сохранился, там жили люди. Никита Алексеевич предложил создать в этом доме Музей провинциального священника и проводить в нем конференции, посвященные патриарху Тихону. Действительно, в доме был создан музей и проводятся конференции. В городе Белеве Струве выступил с инициативой переименовать улицу Союзную в улицу митрополита Евлогия (Георгиевского). На этой улице до революции находилась семинария, где учился будущий митрополит. Местные депутаты проголосовали за переименование. Это удивительно, учитывая, что многие из них были коммунистами.

– Никита Алексеевич Струве, несомненно, был просветителем, которому люди верили, за которым шли. Получается, и один может быть в поле воином, если обладает духовной внутренней силой.

– Никита Алексеевич Струве – выдающийся человек. Он вместе с Александром Исаевичем и Натальей Дмитриевной Солженицыными сыграл огромную роль в создании нашего Дома. Никита Струве и Александр Солженицын многое сделали, чтобы восстановить разорванную связь между русскими людьми, рассказать правду об истории, дать возможность всем ощутить целостность нашей культуры.

– Спасибо за интересный рассказ о наших соотечественниках, которые сумели на чужбине сохранить верность православию и своей дорогой Родине. Дом русского зарубежья – это место, где благоговейно относятся к каждому имени, к каждому воспоминанию, к каждой сохранившейся вещи и реликвии. Здесь открывается правда и исцеляются раны, здесь история «сшивается» в единое полотно судьбы нашего народа.

Беседовала Ольга Мамонова

3 мая 2026

Источник: Московский Сретенский монастырь

• Вперёд >